Часть 1-я
     Часть 2-я
     Часть 3-я
     Часть 4-я

Битва за Украину. Часть 5-я.

 Гадание на украинских картах. Что было, что имеем, чем сердце успокоится.  

Тезисно. Без претензий на истину. Геополитика на пальцах.

   1. Что было. Краткий экскурс в историю «украинского вопроса».

    Украинский вопрос — в политическом смысле, вопрос о дальнейшем существовании независимого (от России прежде всего) Украинского государства. В широком смысле, культурном прежде всего — вопрос о существовании украинцев, украинского языка и культуры, как отдельного от русского (тоже в широком смысле) этноса, в радикальном варианте, этноса враждебного последнему.
    В глобальной международной повестке — если говорить современным языком — «украинский вопрос» впервые возник в 30-х годах XIX века в связи с подавлением польского восстания 1830-1831 г.г. Каковое, в свою очередь, было отложенной реакцией на Третий раздел Речи Посполитой, результатом которого стал переход под контроль Российской империи существенной части правобережной Украины. Население этой территории (православные, католики, греко-униаты, с существенным присутствием евреев-ашкенази) носило в ту пору смешанный характер. Исторически  было несколько волн, несколько этапов колонизации. За доминирование  в осваиваемом переселенцами с запада и северо-востока регионе боролись Российское и Польское государства (экономическими, политическими, религиозными,  военными методами). Граница окраинного для России и Польши фронтира — зоны освоения лесостепных и степных земель по обе стороны Днепра — постепенно сдвигалась к югу, в направлении к контролируемому Портой Причерноморью. В итоге этих длившихся на протяжении почти двух веков сражений, Польша не только проиграла «битву за Украину», но и сама была разделена.

   Прирезав себе изрядную территорию «Украины» — Малороссии — Российская империя получила не только полагающиеся победителю ништяки, но и столкнулась с трудностями.
Суть этих затруднений заключается в следующем. После вхождения в состав России польской знати — и «украинской шляхте», в т.ч. казацким старшинам — была дана возможность сохранить влиятельное положение в общественной структуре западных губерний. Надо признать, что попытки заручиться лояльностью шляхты и, в какой-то степени, козацкой верхушки, предпринимаемые со стороны российских властей того времени, оказались безуспешными. По мере провала такой политики и возникновения все новых мятежей, бунтов, польских восстаний, на протяжении XIX века властями проводилась в жизнь уже иная стратегия, заключавшаяся в проведении мер для эмансипации восточнославянского населения от польского влияния. Прежде всего, путём упразднения унии и возврата правобережных приходов в православие, а также открытия учебных заведений для польской шляхты и нового дворянства из числа старшин с преподаванием на русском языке. Тут же последовал ответ: польские интеллектуалы, в том числе так называемые «хлопоманы», начали всячески поддерживать украинофильские течения. И, в значительной мере, способствовали развитию украинского национального движения, которое начало борьбу против малороссийской идентичности.

    В пределах Российской Империи, в ее западных губерниях, стали плодиться «пропольские» антиправительственные тайные организации — как базовые структуры для пропаганды «украинства», каковое, в свою очередь, лишь часть плана польского реванша, часть «польского вопроса».
   Яркими примерами такого рода подрывной деятельности — и пропаганды «украинства» как альтернативы «русскости», «малороссийской идентичности»- являются тайные общества, действовавшие в первой половине XIX века — Содружество польского народа (иначе — «Организация Шимона Конарского», чей заговор был своевременно вскрыт царским правительством). А также возникшее во многом на базе и на идеях «Организации Конарского небезызвестное Кирилло-Мефодиевское братство, к которому был близок «украинское все»- Тарас Шевченко. Члены КМб только с виду кажутся «украинскими патриотами», собирателями знаний, документов об историческом пути замечательного «украинского народа» (хотя и славянского этноса, но отличного, естественно, от московитов, от русских). На самом деле это была парамасонская организация, ставившая своей целью изменение конституционного монархического строя, федерализацию западных губерний, создание некоего союза славянских земель и народов с центром в Киеве либо в Варшаве. Подразумевалось, что будет принята конституция и создан двухпалатный сейм. «Польские  шпионы».
   Условием реализации такого рода планов должно было стать разрушение Российской и австро-Венгерской империй. Фактически, они — члены КБФ — действовали в русле тогдашнего европейского масонства, с учетом польских реваншистских устремлений и отчасти метаний «украинской шляхты». Киевский университет, где свило гнездо КБф, надо отметить, состоял в ту пору из таковой чуть более, чем полностью. Как, впрочем, и Харьковский им. В. Н. Каразина.
   Символично, что один из активных «братьев» Пантелеймон Кулиш создал — скорее всего, не в одиночку, и под заказ — ранний вариант украинского алфавита, так называемой «Системы Кулиша, или «кулишовки».

  

     

 Портрет П. Кулиша работы Шевченко.
   Тарас был боярином на свадьбе своего щирого друга Пантелеймона. Они были  в одно время очень близки, очень. Именно на «кулишовке» был издан «Кобзарь», на «кулишовке» стал выходить и первый «украинский» журнал «Основа». Кулиш, пусть и с небольшой натяжкой, и есть «Кобзарь». В том смысле, что без редактуры Кулиша многие стихи «великого поэта» остались бы тем, чем они являлись изначально — злобным малограмотным графоманским «антимоскальским» бредом, писаным на воляпюке.
Один лишь пример.
Даже в советское время шевченковеды признавали, что, например, простенькая рифма в стихе «До Основьяненка»

«Наш завзятий Головатий
Не вмре, не загине».


Была исправлена Кулешом, на более величественное:

«Наша пісня, наша дума
Не вмре, не загине;
От де, люди, наша слава,
Слава України!»


    Как говорится, почувствуйте разницу. А заодно запомните, кто вбросил лозунг Слава Україні!. Вот так делаются дела.
    Остановимся чуть подробнее на фигуре П. Кулиша (про Кобзаря напишу несколько позже). Поскольку она знаковая, важная для понимания «украинства».


      Пантелеймон родился в 1819 году в городке Воронеж бывшего Глуховского уезда Черниговской губернии, в семье состоятельного крестьянина из козацко-старшинского рода Александра Андреевича Кулиша, женатого вторым браком на дочери казачьего сотника Ивана Гладкого — Катерины. После обучения в Новгород-Северской гимназии записался вольным слушателем в Киевский университет. В то время КУ сотрясали волнения польской студенческой молодежи, и польских же преподавателей; его то закрывали, то вновь открывали. Малороссов — к коим относился П. Кулиш — брали в университет с охотой, практически без экзаменов, надо было лишь предоставить «бумагу» о дворянском звании. Однако Пантелеймону так и не удалось стать студентом университета, и посещение лекций прекратилось в 1841 году. У Кулиша не было документального свидетельства о дворянском происхождении (хотя его отец и принадлежал к казацко-старшинскому роду). Следовательно, Кулиш не имел права на обучение в университете, ему было указано на порог. Думается, этот эпизод оставил зарубку в душе юноши, он несомненно оказал влияние на всю дальнейшую жизнь этого человека.
    Мир, однако, не без добрых людей. Благодаря протекции инспектора школ Михаила Юзефовича (выходца из шляхетско-козацкого рода, впоследствии ставшего записным «русофилом») Кулиш смог получить должность преподавателя в Луцком дворянском училище. Проработав там недолго, перебрался в Ровно, затем в Киев. Или наоборот, не важно. Важно другое: в то время у него уже появились новые друзья (друзi).
       Одно из наиболее престижных учебных заведений Малороссии, Базилианское (униатское) училище в городе Умани Киевской губернии, стало центром польского национализма. В нём учителя-поляки учили, что Россия — за Днепром, а здесь Украина, населённая особой ветвью польского народа — украинцами. Один из учеников этого училища, ополяченный малоросс Духинский, впоследствии выступил с целой «научной» гипотезой, сплетённой из польских политических и исторических мифов. По утверждению Духинского, «москали» (великороссы) – не славяне, а родственный монголам народ, который несправедливо присвоил себе русское имя.
       Так вот, новые друзья Кулиша были выпускники этого самого Базилианского училища. Поэтому не стоит удивляться, что вскоре Пантелеймон Александрович отчётливо почувствовал себя украинцем, стал писать рассказы по истории Малороссии, добавляя в них, по мере возможности, пропольские мотивы. Так, он пишет на русском языке исторический роман «Михайло Чарнышенко…», стихотворную историческую хронику «Украина» и рассказ-идиллию «Орися». В тот момент Кулиш идентифицирует себя как литературного сепаратиста, считающего, что литература на народном языке Южной Руси не только обогатит общерусскую литературу, но и, возможно, задаст в ней основной тон.
http://www.odnako.org/blogs/show_363/
    Как сказал бы уважаемый Дмитрий Галковский, Люди поставили «Пантелеймона» на лыжи. Впоследствии подмасоненый пан Кулиш, не сходя с лыжни, пер только в одном направлении — на запад. Кулиш, как водится, был отправлен своими людьми, имевшимися в изобилии и в Санкт-Петербурге, на учебу — учиться работать по-европейски. Долго жил и работал в Варшаве, свободно разьезжал по европам. Как пострадавший от царского режима по «делу КМб», как «украинский интеллектуал», П. Кулиш, надо сказать, пользовался в среде «украинофилов» огромным авторитетом. Австро-Венгерская империя — а наш пострел добрался и до Вены — тоже охотно взяла на вооружение инспирированную поляками и враждебными к РИ европейскими либеральными кругами доктрину «украинства».
    Все было хорошо у этого сидящего на двух стульях — типичный «украинец»! — человека, издающегося и преподающего в России, и одновременно ведущего против нее же подрывную работу. Вплоть до того момента, пока у Кулиша не случилось «головокружение от успехов», пока он не стал цапаться с другими «украинскими интеллектуалами», пытавшимися оспорить у него права первооткрывателя, а то и создателя української мови. Доругался до того, что стал посыпать голову пеплом, гадить созданный им же «продукт», призывать не валять дурака и пользоваться нормальным русским языком вместо изобретенной им же для «невежественных простолюдинов» кулишовки.
     Вот характерный образчик хохлополоносрача (в переводе на русский).
В письме Якову Головацкому из Варшавы 16 октября 1866 года Кулиш писал:

    Вам известно, что правописание, прозванное у нас в Галиции «кулишивкою», изобретено мною в то время, когда все в России были заняты распространением грамотности в простом народе. С целью облегчить науку грамоты для людей, которым некогда долго учиться, я придумал упрощенное правописание. Но из него теперь делают политическое знамя. Полякам приятно, что не все русские пишут одинаково по-русски; они в последнее время особенно принялись хвалить мою выдумку: они основывают на ней свои вздорные планы и потому готовы льстить даже такому своему противнику, как я… Теперь берет меня охота написать новое заявление в том же роде по поводу превозносимой ими «кулишивки». Видя это знамя в неприятельских руках, я первый на него ударю и отрекусь от своего правописания во имя русского языка.

    Узнав, что его личную переписку с Я. Головацким по поводу правописания опубликовали в искажённом виде, Кулиш написал опровержение в открытом письме Омельяну Партицкому 13 мая 1867 года:

    Что же делает господин Головацкий? Не ответил на моё письмо ничего; пребывая в Варшаве, заверил меня, вместо братского совета, обещанием, что зайдёт ко мне, — но верно не имел времени; виделись мы только в шумном обществе; когда же смотрю — моё дружеское, непрояснённое письмо, не спросивши меня и не имея на это права, взял он и напечатал в „Слове“. И как напечатал? Обрезал фрагмент в начале, обрезал фрагмент в конце, вырвал кое-что из середины, приставил свою или чужую, только не мою приставку и подписал моё имя. Удивился я, увидевши такую уловку литераторскую. Гляди, думаю, как они там правды русской достигают! У нас таким манером никогда не ходили!… Ишь ты, та и по-всему! Нечего, вижу, с ними о таком и разговаривать. (Цит. по: Твори Пантелеймона Кулiша, том 6, Львів, 1910, стор. 697-699. Пер. с укр.)

    Как видим, это типичные польские разборки. Но кое-что важное даже из приведенного фрагмента переписки можно почерпнуть.
    Никакой собственной грамматики — да и языка — у «украинцев» до середины XIX века не было. В ходу были старославянский, русский, польский, латынь. Язык древних укров искусственен. Его придумали; причем изначально он был рассчитан на уровень примитива, для «галичан».
    Собственно, таковым, подвергнувшись некоторой обработке, заключающейся в полонизации этого искусственного диалекта — в замене русских слов на польские или в коверкании на манер «суржика» — он остается и по сей день.

     Заканчивая историческую часть, хотел бы обратить внимание на следующее.
     «Украинство» изначально польский проект, поддержанный в свое время в тактических целях Австро-Венгрией и затем Германией, поддерживаемый в современное нам время нынешними конкурентами и недоброжелателями России. «Клеветниками России», как сказал бы Пушкин. Те, кто считают себя сейчас щирыми украинцами, на самом деле «недополяки». Их еще недополячили до нужного уровня. Над галичанами работали почти два столетия, но и те пока еще только «унтерполяки». Хотя они уже точно не москали, европейские унитазы и вынос судна в доме для престарелых им доверять пока еще рано.
     «Украинство» — как сепаратистское движение внутри южной ветви русского народа — возникает там и тогда, где и когда ослабевает Российское государство (в любой его форме, хоть империи, хоть СССР, хоть РФ). Приведенный выше первый всплеск «украинства» пришелся как раз на тяжелое для РИ время — в центральных губерниях в разгаре эпидемия холеры, империю сотрясали холерные бунты. Как только случилось эта беда, приведшая к некоторому ослаблению «власти на местах», сразу и полыхнуло. Обострения «украинства» случались каждый раз, когда Россия боролась за самое существование. Так было в годы революции и гражданской войны, когда интернационалисты устроили не только геноцид русских в южных и малороссийских губерниях, но и стали проводить насильственную украинизацию населения. Так было в годы войны, когда галичанские парубки подались в эсэсовцы и в полицаи, когда они охотно служили создаваемому евроинтегратором Адольфом Гитлером «Евросоюзу»; Третьему Рейху. Так было в начале девяностых, когда рухнул СССР и когда многие уже похоронили историческую Россию.
    Доктрина «украинства» на протяжении последних полутора веков преследует одну цель — оторвать у России как можно большую территорию. Территорию, население которой следует частично ополячить, частично превратить в тупую рабсилу, в современных рабов. Ничего кроме или сверх этого, дорогие «украинцы», вы на западе не получите. Там помнят, кто вы есть на самом деле; а потому отношение к вам будет соответствующее — как к покоренному, порабощенному народу.

 http://sobolev-sv.livejournal.com/410513.html    

  2. Что имеем. Украина в геополитических раскладах. Основные акторы, разыгрывающие «украинскую» карту.

     
Имеем попытку рейдерского захвата Украины «старой Европой», поддержанную исходящими из собственных интересов Соединенными Штатами. Об этом сказано уже многими ( например). Но это тот случай, когда правильную оценку событий следует закрепить.  Ну вот, теперь можно двигать дальше.
    В раскладе с осуществляемой нынче попыткой «недружественного поглощения» Украины основными акторами являются:

— с одной стороны, наднациональное образование «Евросоюз» с существенным влиянием на «общеевропейское мнение» и европейскую бюрократию по этому вопросу Германии и Польши — «корпорация EU»;
— а также Соединенные Штаты Америки, позицию и интерес которых по «украинскому вопросу» точнее всего сформулировал Бжезинский (цитата приведена чуть ниже);
— с другой стороны — Россия (Корпорация RU);
— которую по данному вопросу (и не только по этому) поддерживает Китай,
— а также (хотя и не явно, с оговорками) — Великобритания.
     Таковой была расстановка глобальных игроков на момент начала событий: в преддверии Вильнюсского саммита Евросоюз — Украина. Таковым он остается и по сегодняшний день.


     Важно отметить, что нынешние события в Украине следует воспринимать не только и не столько, как отдельное сражение за контроль над территорией, или как попытку захвата рынка (мысля сугубо экономическими категориями). Но как часть более обширного геополитического сражения — «Битвы за Евразию».
     Большинство крупнейших стран современного мира, включая наднациональное образование «Евросоюз», являются государствами корпоративного типа — корпорократиями. Джон Перкинс в своей книге Исповедь экономического убийцы определяет корпоратократию так: «это люди, мужчины и женщины, которым принадлежат крупнейшие корпорации. Они контролируют правительство США через финансовые институты и большую часть правительств мира. Они контролируют напрямую СМИ, владея ими. Этими людьми движет единственная идея — извлечение максимальной прибыли».
     Корпоративизм — это современный тренд; любое государство в любой части планеты, кроме самых отсталых территорий, так называемых Failed state, управляется делегированными — командированными — во власть представителями крупнейших промышленно-финансовых групп, отраслевых и корпоративных лобби, зачастую сросшихся с кланами, верхушкой мафиозных групп и старой аристократией. Те, в свою очередь, согласовывают интересы с элитами других стран и надгосударственных союзов. Попытки захватить контроль над довольно крупным государством, идя против воли половины — а реально и гораздо более, чем половины — населения, могут увенчаться успехом лишь в случае, если речь идет о Failed state. То есть, о «недогосударстве», симулякре, о некоем образовании (ВГН), внутри которого отсутствует признаваемая прочими крупными корпорациями — EU, USA, GB и RU — иерархия собственников, управленцев, людей, «отвечающих за базар», и доказавших это на практике. Таким «недогосударством» с напрочь отсутствующим среди «элиты» консенсусом по большинству жизненно важных вопросов и проблем является нынешняя «незалежная». И именно на этом направлении, вбивая клин между неоперившимися неполноценными «элитками», внося элементы раздоров между региональными властями и центром, потакая русофобии «западной» Украины, одобряя, поощряя всячески «украинство» в самых смехотворных, а иногда и опасных его формах, суля, обещая, обманывая, зачастую шантажируя, и стали работать специалисты по «слияниям» и «поглощениям» из нынешнего Евросоюза.
    Если мы внимательно посмотрим на события последнего месяца, то есть, именно на активную фазу, то обнаружим все атрибуты, присущие классическому рейдерскому захвату. Осуществляемому в сочетании с внутрикорпоративной атакой, с использованием методов корпоративного шантажа (т.н. «гринмейл»). Все признаки «недружественного захвата» — с поправкой, естественно, на масштаб событий — налицо: подготовка боевиков, внедрение своих кадров в управленческие структуры, создание сложностей финансового и имиджевого характера, вбросы в СМИ на ключевых персоналий, прямой штурм «заводоуправления», попытка вломиться в кабинеты «директора» и «главбуха», отобрать печати и фирменные бланки, с тем, чтобы поставить новых «собственников», или — что точнее — назначить «фунтов», которые будут подчиняться командам из внешнего центра, и т.д. Другое дело, что в истории зафиксировано, что попытки захватить ту же Украину на протяжении 400 лет минимум заканчивались изрядным кровопусканием (если не реками крови). И что русские, — русские в широком смысле — своих в беде не оставляют, даже если родня слегка не дружит с головой, а, во-вторых, «всегда приходят за своими деньгами».
   Но выросло уже два-три послевоенных поколения «старых европейцев». Подросло и поколение молодых «укросвидомитов», которых учили уже по другим учебникам. Первые, конечно, в своем нынешнем расслабленном состоянии воевать и не хотят, и не могут, да уже и не умеют. Но амбиции остаются; опять же, еврохищники хотя уже и немолоды, но кушать-то все равно хочется.
    Поэтому вся надежда, что на спецтехнологии, на присущее истинному «украинству» мазепинство. И еще на выпестованных зверушек, которых, спустив с поводка, отправили стаей в столичный град Киев, рвать всех и вся, кто «не за Європу».


    Место Украины в геополитических раскладах.
     Исходя из современного геополитического расклада, Украина представляет собой важнейший стратегический объект в битве за контроль над всей Евразией. Бывший советник президента США Джимми Картера по вопросам национальной безопасности, один из создателей современного конструкта американской внешней политики, Збигнев Бжезинский подчеркивал: «Россия может быть либо империей, либо демократией, но не тем и другим одновременно. Без Украины Россия перестает быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем и подчиненной, Россия автоматически превращается в империю». Соединенные Штаты, стремясь к доминированию на евразийском континенте (как, впрочем. и повсюду), стремясь если не к полному уничтожению, то максимальному ослаблению России, на протяжении многих лет проводят в жизнь стратегию «Анаконды». В случае отторжения южнорусских земель и с включением Украины в «дугу удушения», задача Америки по дальнейшему ослаблению геополитического конкурента — исторического Российского государства — была бы существенно облегчена.
   Но важно понять и другое. Украина, при том, что  занимает   одно из ключевых мест в геополитическом раскладе, в настоящее время не является ни независимым государством, — и никогда таковым не была — ни «государством корпорацией». За двадцать с хвостиком лет «независимости»   Украина так и не смогла создать мало-мальски эффективный государственный аппарат. Политический класс Украины в своей основе состоит из лоббистов мародерствующих на «ничьей земле» ФПГ и олигархов, большинство из них принадлежит к типажу «мазепинца». Госчиновники — те, кто периодически рулят в этом шапито — мечутся между востоком и западом. «Украинская интеллигенция»? Она не смогла ничего предложить 45-ти миллионному народу, кроме «голодоморов», «Слава Україні! Героям — слава!», «Хто не скаче, той москаль», и «Ми, українці хочемо в Евросоюз, а ви завезені комуністами замість корінного населення, можете йти хоч до бісової матері, ми вас не тримаєм». Складывается впечатление, что потерялась голова не только печально известного «таращанского» тела, но и у всей «самостийной интеллигенции». Живут все эти годы без головы. Пичаль.


    Небольшой фрагмент, думается, дополнит сей самодеятельный анализ.
    Нынешний сценарий событий, разыгрываемый трехглавым змием при поддержке Фирташа и Ко, при содействии внешних сил, — имеется в виду «еврореволюция», поход бандеровцев на Киев, попытка свержения Януковича — выгоден одному глобальному актору — США. Для Штатов в связи с событиями на Украине и вокруг Украины складывается близкая к искомой конфигурация; для них могут открыться при определенных обстоятельствах такие же возможности, какие у них были в канун обеих мировых войн. В идеале они хотели бы получить острый конфликт между ЕС и Россией, конфликт, способный ослабить обоих этих акторов. Ну, а если события на Украине пойдут по силовому сценарию, если прольется кровь, если начнется междоусобная вражда, или страна расколется на 2-3 враждующие части, то за океаном и вовсе будут потирать от радости руки. Потому что столь серьезный замут в Европе, конфликт, имеющий взрывной потенциал, дает масcу возможностей для инспирации «горячего конфликта» = войны. Для начала — гражданской, а там может получиться раздуть во что-то более существенное. Такая «сирия» или «ливия» в Европе дала бы Штатам все козыри. И возможность, как это уже случалось ранее, выступить третейским судьей, кредитором, которому все будут должны, ну и победителем в оконцовке.
     …Прихватывание, подгребание под себя Украины Евросоюзом, в случае реализации сценария «евровыбора», в итоге ослабило бы саму Европу, и без того балансирующую на краю. Для России ситуация неоднозначна; гнойник определенно следует вскрыть, но от российского руководства требуется хладнокровие, твердость и хирургическая точность.



    По деньгам и скидкам на газ коллеги уже разъяснили буквально по горячим следам московской встречи раз и два.
    Желающим разобраться в теме, рекомендую к прочтению Выхода нет. Есть только вход, а также Вместе сильнее…

    Резюмирую. Действия ЕС на украинском направлении должны восприниматься как наглый рейдерский захват, как попытка отъема чужой собственности. Действия России и вменяемой части украинского народа (большинства) — и легитимной власти — соответственно, как отпор зарвавшимся рейдерам. Происходящее в последние предновогодние дни на Украине, наряду с истерикой среди майдаунов, ослаблением инспирированных или реальных протестных настроений, в сочетании с некоторой растерянностью, демонстрируемой берлинскими и брюссельскими бюрократами, это еще и победа здравого смысла над иррациональным. Но нужно надежно зафиксировать результат; следует помнить и понимать, что новоукраинский термин «пэрэмога» отнюдь не означает победу.

     Думается, появление нескольких дивизионов «Искандеров» в Калининградской области, — возможно, в комплекте с завезенными в «анклав» СБЧ к ним — вкупе еще и с проведенными недавно учениями по линии РВСН, охладили пыл очень многих европейских политиков. Старая Европа понимает только силу. Равно как и США. Как говорил один знающий мафиозные порядки субъект, «Пистолет и доброе слово — это лучше, чем просто доброе слово». Сила в эти дни — пока «мягкая сила» — «Корпорацией RU» была продемонстрирована; как и умение просчитывать варианты и в нужный момент выкладывать на стол козыри.

  http://sobolev-sv.livejournal.com/411057.html    

    3. «І могили мої милі Москаль розриває…»   

  Разроем, Тарас Григорьевич, пренепременно разроем. Только не вашу персональную могилку, — я, кстати, бывал на двух захоронениях Т. Шевченко, в Каневе и Питере — её-то трогать не собираемся. А вот склепище «кобзаря» и бренные останки свидомитского мифа — потревожим.

   Се не человек, но глыба.

    Несколько дней назад, 18-го декабря, решив поделиться первыми впечатлениями о судьбоносном российско-украинском саммите в Москве, ваш покорный слуга — отдавая должное позитивным новостям — высказал следующее соображение:
…кое-что из вчерашнего лично меня насторожило. Лукавый скрывается в деталях; об одной из деталей, или составных частей проговоренного вчера сторонами формата «сближения» России и Украины, напишу в ближайшие дни отдельный псто. Может, и не один — пассаж, прозвучавший из уст президента Украины, заслуживает подробного разбора.

    Речь о нижеследующем (воспроизвожу по стенограмме, выложенной на официальном президента России):
В. ЯНУКОВИЧ. Я не могу не сказать о праздновании 200-летия Тараса Григорьевича Шевченко. У нас есть программа, которую, как мне сказали, Вы её рассмотрели и одобрили, и 2014 год – год юбилейный, посвящённый 200-летию. Это тот поэт, который объединяет наши народы во многом. Это такой провидец, который многое-многое видел и завещал.
Спасибо, Владимир Владимирович, за проделанную работу. Я думаю, итоги этой работы лягут в основу уже наших дальнейших действий.

    Я смотрел прямую трансляцию этой «судьбоносной» — можно и без кавычек — встречи глав двух государств. Когда услышал этот пассаж из уст приехавшего просить «грошей» украинского президента, то, признаюсь, чуть не свалился со стула…
    Но состояние изумления — изумления от наглости просителей, и еще от той их простоты, что хуже воровства, равно как и от последовавшего ответа — продлилось недолго.
«Ну а что ты хотел? — спросил я себя, усаживаясь ровно на пятую точку. — Сказано же — «Украина — не Россия». Шо, москали ходят прямо, не сгибая спину? Ну так мы будемо ходыть зiгзагами. Та ще й згорбымся нарочыто, щоб було выдно рiзныцю мiж намы».
    Главное сражение на вновь открывшемся «Украинском фронте», это битва за умы. И, как представляется, нынешняя российская власть на этом направлении пока не слишком преуспела.
      Взять хотя бы данный случай. Россия фактически спасает ВГН от коллапса, давая кредиты и прочие преференции в условиях, когда не только никто не протягивает руку помощи Украине, но уже явно готовится к грабежу оной. И что мы видим?
   Мы видим, что в благодарность украинопитеки пытаются вывернуть на головы россиянам ночной горшок, в который навалял дерьма их любимый «кебздарь» и другие гаденыши, его последыши. При этом попытки подбросить россиянам чуть припудренные словами о «дружбе двух народов» (это уже идеологическая диверсия) шевченковские испражнения по случаю приближающегося двухсотлетия видного русофоба, не только не получили должной оценки — идите нах с вашим шевченкой! — но и были восприняты благосклонно. Даже сейчас, в патовой для самостийников ситуации, в этом отнюдь не второстепенном вопросе российская власть проявляет все ту же странную благосклонность. «О да, канешна; мы Тараса Григорьевича сами почитаем равновеликим Пушкину! Гхений, он ведь еще и художник почище самого Микелянжело… А как русских братьев любил!..
     Меж тем, правильным ответом на процитированный выше пассаж В. Януковича была бы примерно (примерно) такая отповедь российского лидера.
   Вик. Фед-ч, давно хотел сказать. Мне тут подготовили справку, да и сам я материалец поднял. Так вот: этот ваш «Кобзарь» — пренеприятный тип…
    Сам посуди (в сторону — «хотя кому я это говорю?»). Загибай пальцы. Во-первых, он вовсе не «крепостной», не несчастный украинский парубок-простолюдин, выбившийся из низов, из черни благодаря своим талантам, как утверждают ваши вченые. Но внебрачный сын одного из богатейших людей тогдашнего времени — племянника князя Потёмкина, действительного тайного советника, сенатора Василия Васильевича Энгельгардта. И еще он сводный брат богатейшего помещика Павла Васильевича Энгельгардта (оба были внебрачными, но один  рожден от «польской княжны», а второй от простолюдинки). Во-вторых, строго между нами, он состоял в питерской и киевской ложах, и хотя высоких степеней не имел, в качестве инструмента Людям — сгодился. В-третьих, говорю это вам как профессионал, «Тарас» был польским шпионом, работал против РИ в интересах польской знати и тогдашнего Евросоюза». В четвертых, аферист и мошенник — на пару с сводным братом и при участии тогдашних «либералов» развел членов царской фамилии на большие деньги, которые были уплочены за картину особы с «масонским перстнем», и должны были пойти на «выкуп» (и были под хохот братьев попилены). В пятых, он неблагодарный мерзавец, отплативший злом на оказанную милость; а еще паталогический русофоб, наговоривший гадкого про «клятых москалей» больше, чем вся геббельсовская пропаганда; а еще психопатическая невротическая особа, выпивоха, любитель веселиться в компании молодых мужчин…
    Можно и продолжить, но, как говорят в таких случаях юристы и кагэбисты, «сапиенти сат». Поэтому, Вик. Фед-ч, забирай-ка ты этот расписанный петухами ночной горшок. Эту гордость свидомитов. И тащи хоть в Варшаву, хоть в Берлин, а хоть в Брюссель!.. Там, в европах, любят всякие извращения; ваш любимый Шевченко определенно придется европейцам по нраву…»


     Многие годы «укроэлита» и «украинская интеллигенция» так и живут с горбом за спиной — горбом украинства. А горбатого, как известно, только могила исправит… Можно сколько угодно долго говорить о «стратегическом партнерстве», о «братских народах», и сколь угодно много давать кредитов «укроэлите». Хоть «регионалу» В. Януковичу, хоть «коммунисту» Симоненко, хоть иному на словах «пророссийскому» деятелю. Они все в идеологическом плане «шевченковцы», а в практическом — «мазепинцы». И они все, за редчайшим исключением, стоят на позиции «Украина, это АнтиРоссия». Так что выдача кредитов и обещаний неомазепинцу и «шевченковцу» Януковичу — это еще не решение «украинского вопроса», но паллиатив.
   Надо помнить, и надо понимать, что на Украине живут, кроме вышеозначенных осiб, сорок пять миллионов граждан. И что — несмотря на все затраченные усилия — значительную, существенную часть населения Украины сделать «горбатыми» пока не удалось. Люди живут своими проблемами; у многих из тех, кто вырос в условиях нэзалежности, кто говорит и думает на суржике, или на щирiй мовi — на исковерканной или ополяченной версии южнорусского диалекта — в условиях этой простой и трудной жизни вопросы имеются скорее в своим «горбатым уродам», к своей владе, нежели к превращенным усилиями «укроэлиты» в жупел, в источник всех украинских бед «москалям».
    Реальный Тарас Григорьевич Шевченко существенно отличается от сконструированного для нужд украинства образа «Кобзаря». На эту тему недавно высказался уважаемый Д. Галковский ТАРАС ЭНГЕЛЬГАРДТ. Тема довольно интересна. Естественно, надо отделять жившего когда-то человека от созданного для практических нужд мифического символа «украинства».
    Что представляет из себя вбиваемый — не годами, десятилетиями! — официальный миф о «Кобзаре», и как это работает, постараюсь объяснить на конкретном примере.
    На примере своей малой родины — небольшого украинского городка.

 http://sobolev-sv.livejournal.com/412576.html         

4. «Проект «Кобзарь». Шевченко как проект и как фальсификация.  

    «Я от природы вышел какой-то неконченный».
      Тарас Шевченко.


       Тарас Григорьевич ГеббельсШевченко в приятном окружении.
     За русофобство, за ненависть Тараса Шевченко к русским, фашисты разрешали ставить портреты Шевченко рядом с портретом Гитлера и сохранили его памятник в Киеве. За эту звериную ненависть к русским почитают его и современные пещерные украинские националисты, сторонники УПА и ОУН, для которых русофобия есть главной программной целью.

      Надо отчетливо понимать, что есть два «Шевченко». Один, реальный Тарас Шевченко, о многих известных деталях биографии которого, равно как и о «затемненных», заретушированных, но легко реконструируемых, профессиональные «шевченковеды», а также инстанции вплоть до высших на протяжении уже почти целого столетия предпочитают помалкивать. И второй, «официальный»: отлитый в бронзе и записанный на подкорку уже нескольких поколений украинских школяров — имя которому «Кобзарь».
       В умеренной версии, «лайт» версии, которую в свое время потребил и ваш покорный слуга, как учащийся украинской средней школы советской эпохи, Кобзарь — говорю о своих впечатлениях — предстает малоинтересной личностью. Тяжелый, нудный — нудящий — человек, довольно нервный, что-то такое выкрикивавший. Про «козаков», «ридну нэньку», смелых гайдамаков, несчастную Катерину и клятых москалей. Шевченко как художник, или рисовальщик, или «по гравюре», прямо надо сказать, не впечатлил даже в школярском возрасте. Поэзия? Хм. На любителя.  «Як помру, то поховайте…» Ну, поховалы. Ну, съездили школьники 7-го класса, среди которых был и я, в Канев. На могилку к народному поэту, борцу с кровавым царским режимом, к нашему Кобзарю. Приехали, вышли из автобуса, направились на Чернечью гору. А там…

File:Grave of Taras Shevchenko.jpg
…а там  памятник Владимиру Ильичу.

     Если судить «по-взрослому», то официозный Т.Г.Шевченко aka Кобзарь предстает личностью с довольно затемненной для исследований карнавальной биографией. Да и автобиография «украинского гения» вызывает вопросы (сам ли он ее составил, кто знает). Житие святого Кобзаря изобилует трагическими слезодавительными эпизодами и пафосными наворотами. «Крипак», «тато и матуся рано померлы». Человеку, наделенному с рождения сметкой, хваткой, самыми разнообразными талантами, довелось самому пробиваться из народных низов. Сам выучил польский и «кацапский»; прислушиваясь к разговорам господ, бегло заговорил на английском французском. Изобразительный дар у Тараса от Бога: рисовал на стенах и заборах так, что самодур помещик (печально знаменитый П.В. Энгельгардт), вынужден был таки выдать смышленому парнишке мольберт, карандаши и кисти. А уж стихи сочинял, как белка орешки щелкает. Ну и т.д. и т.п.
      Естественно, школьникам ничего не сообщали ни о тяжелом, мягко говоря, характере сего персонажа, ни о том, что он едва был обучен грамоте, что до конца жизни Т.Г. читал по слогам, а писал с диким количеством ошибок, мешая «великоросский» с кулишивкой. Ни о   пристрастии Шевченко к зеленому змию, ни о его «стыдных болезнях», на уроках «мовы», естественно, не рассказывали. И даже о том, что человек умер не с шаблюкой или пистолетом в руке, сражаясь с клятыми москалями, но  помер, получив наконец теплое место в хлеборезке академии, от цирроза печени, вызванного определенного сорта пристрастиями, тоже ни гу-гу.
     Биография «Кобзаря» в изложении официальных «шевченковедов», как по мне, напоминает сценарий какого-нибудь телесериала. Так и тянет сравнить мыкания нашего героя, его метания, его приключения, его переживания, его борьбу, наконец, — как их преподносят создатели сего проекта — с выписанными иными сценаристами мыканиями и приключениями героев сериалов вроде «Рабыня Изаура» и «Богатые тоже плачут». С поправкой, понятно, на место и время действия. О том, сколько вранья накручено вокруг этой мифологизированной фигуры, написано много. Я бы рекомендовал желающим продолжить знакомство с нашим героем, прочтя книгу О. Бузины «Вурдалак Тарас Шевченко».
     Про форму от «себя» сказал довольно. Содержание же проекта — целиком сепаратистское, антирусское, «свидомитское»: с клятыми москалями, реками украинской крови, проливаемой «катами», с — вестимо — пророчествами и прямыми указаниями: «украинцы, к оружию! быйтэ клятых москалей! гоните их взашей, этих упырей». В финале борьбы на независимость «нэньки» от сами-знаете-кого воля таки будет обретена. Но и этого, волюшки, «Кобзарю» мало. Он требует уже из могилы — прямая цитата — «І вражою злою кров’ю волю окропiте…»


     Теперь, собственно, по сабжу. То есть, о закулисной стороне, о проекте «Тарас Шевченко aka Кобзарь».
     Или, если коротко, о проекте «Кобзарь».
     Материалов по теме собрано немало. Приведу несколько фрагментов — с благодарностью к тем, кто занимается исследованиями, кто делится информацией.

    Источник
    Шевченко как проект и как фальсификация.
    Смутные сведения о существовании такого проекта доходят до нас из XIX века. Надо знать слишком много мелких и несущественных для нас сегодня реалий, чтобы разобраться, что к чему. Но вот статья «Австрийцы в Галиции» в «Вестнике Юго-Западной и Западной России». Вышел вестник в Вильне – тогда польском городе (теперь это столица Литвы Вильнюс) в 1868 году.
    «В 1861 году из петербургского украинского комитета было прислано много сочинений на малорусском языке, напечатанных с особым правописанием, известным под именем кулишовки (по имени издателя П.Кулиша). Сочинения Шевченка привлекали много читателей, а само правописание приобрело почитателей, которых и назвали кулешовцами. Этим разделением сил и без того немногочисленной еще русской интеллигенции в Галиции, поляки воспользовались, ухватились за кулишовку, как за якорь спасения, и поощряли планы о малороссийской самостоятельности. Предупреждения, что подобные планы только споспешествуют польским замыслам к оторванию малороссов от России, для подведения их потом под польское владычество, были бесполезны, и только неурядица 1863 г. в польских сборищах в Галиции вылечила от болезни, начиная с тех, которые за идею национальности даже дрались под знаменем Гарибальди в Италии.
   Поляки, однако, держатся за кулишовку, и рассчитывают тем более на ее успех, что она сочинена не поляками, а потому удобнее может служить приманкою для молодежи, отражая перед ними призрак малороссийской самостоятельности».
  Под «проект Шевченко» была придумана целая грамота – вот те раз… А вот те два: проект запускался «с ноля».
Смотритель могилы поэта Василий Гнилосыров рассказывал, что Шевченко украинцы, в общем, и не знали: «На вопрос: «Чья это могила?» всякий ответит Вам: «Тарасова!» — «Хто ж такий був той Тарас?» — «А хто його знає!.. Мабуть, який чиновник важний»». А газета «Дніпрові хвилі» рассказывала про попытку собрать деньги ему на памятник: «В каждой хате приходилось рассказывать про Шевченко и читать его биографию, потому что к кому не зайдут — каждый спрашивает: «Кто ж он такой был, этот Шевченко?»».
То есть был Тарас попросту Украине неизвестен. И только какие-то невероятные усилия неведомых действующих лиц превратили его в икону. Столь же эффективную интригу с участием таинственных сил мы наблюдали совсем недавно. Но, будем надеяться, очень скоро станут известны механизмы, благодаря действию которых Украине пришлось пережить потерянную «оранжевую пятилетку». Однако с Тарасом, боюсь, все так и останется в тумане.
А вот и вовсе удивительное… «Не пора ли снять покрывало с таинственной фигуры Шевченко и показать этого «неборака» в настоящем, неприкрашенном виде?.. пролить свет на невыгодную сделку с мнимым Шевченко… Тарас Шевченко, которому приписывается «Кобзарь» в таком виде, в каком преподносят его наши хохломаны, был человек весьма малограмотный, невежественный, не подозревавший о существовании знаков препинания и совершенно неспособный по своему умственному и нравственному убожеству к созданию тех песен и поэм, которые так уютно размещены в «Кобзаре»… Маска образованности и высокого развития плотно пригнана к корявому, необтесанному лицу Шевченко… Не только личность, но и самый Кобзарь есть фальсификация Кулиша!..» Е. Шаблиовский, «Народ и слово Шевченка», газета «Киев», февраль 1914.
Меньше чем через полгода началась большая война, одним из результатов которой стало то, что на карте впервые появилась такая неведомая страна – Украина. Правда, карты еще не успели отпечатать, как она исчезла.

За що ми (НЕ) любимо Тараса?
Неужели никто многочисленных антирусских высказываний-призывов-всхлипов у Тараса Григорьевича не замечал? Конечно, замечали – и использовали. Двойное дно чемодана по имени Шевченко многократно выворачивалось наружу.
«Шевченко является олицетворением злобы, ненависти, зависти, проповедует анархические идеи, разврат, безверие, грубо высмеивая людей, порок для которых чужд, иронизируя над последователями заповедей Христа. И такого именно поэта, проповедника таких идей, наши школьные власти заставляют молодежь чествовать, а посредственно заставляют проникаться и его идеями». 1912 год, ежемесячный литературный и общественный иллюстрированный журнал «Націоналистъ». Выходил во Львове, между прочим. И еще, между прочим: Тарас был крещен в греко-католической церкви, и хотя и униаты у него предстают в крайне непривлекательном свете, по крещению православным он не был.
«Запрещение чествования Шевченко было такой превосходной… мерой с точки зрения агитации против правительства, что лучшей агитации и представить себе нельзя… После этой меры миллионы… «обывателей» стали превращаться в сознательных граждан и убеждаться в правильности того изречения, что Россия есть «тюрьма народов». 1914 год, В.И. Ленин, статья «К вопросу о национальной политике». («Ленин с возмущением писал в 1914 году о решении министерства внутренних дел запретить проведение столетнего юбилея со дня рождения Шевченко». Мейлах Б. С. Ленин и вопросы русской литературы в дооктябрьский период // История русской литературы: В 10 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). Т. X. Литература 1890—1917 годов. — 1954).
Между прочим, хитрый Ильич впервые использует выражение «тюрьма народов» — как уже устоявшееся. Потом этот навязанный трейдмарк Российской Империи будет очень эффективно использоваться, когда большевики взбунтуют окраины. И переживет свое второе рождение в нечистоплотных игрищах развальщиков СССР.
    Гнилой бриллиант
Резюме. В случае с Шевченко очевидна подмена понятий. Вымещая в пьяном угаре свой комплекс неполноценности этот низкорослый виршеплет наговорил среди всего прочего и гадостей про москалей.
Кстати, не похоже, что он был таким уж идейным националистом. Анархистская душа Тараса требовала несогласия, словесного бунта. И тогда доставалось всем – и Богу, и России.
За эти строчки зацепились сперва укронаци, потом большевики (в 1920 году «Кобзарь» называли «красным евангелием»), после – «оранжевые», поместив этот гнилой бриллиант в оправу пафоса. Пафосом национального гения Тараса накачивают уж 150 лет.
Конечно, простому человеку где-нибудь на Полтавщине трудно поверить, что стихи, которые он учил в школе, — плохие. Что единственный (помимо Пушкина) поэт, про которого он знает, не стоит того. К тому же помимо всего всякого Тарас печатал под своим именем народные песни – а они всегда хороши. Ну и, наконец, писал он не только на великорусском, но и на малороссийском наречии. А это подкупает — свой.
Конечно, проще продолжать верить полуторавековой пропаганде, честная оценка – переоценка – требует определенного интеллектуального мужества. Но и дальше жить с таким национальным гением не стоит. Как-то надо его потихоньку сворачивать. Сдувать.
Впереди – серьезное испытание. В 2014 году – 200-летие Шевченко. Хороший повод, чтобы сказать, наконец, о нем правду. И плохой – продолжать накачивать пафосом его и так раздувшееся от водянки маленькое тельце.
Андрей НАЗАРОВ, holsto-mer.ru


Источник
Русофобия Шевченко в основе Галычанского русофобства.

О влиянии поэзии Шевченко на малороссийских земляков — современников пишет Б. Д. Гринченко, 9 февраля 1892 г.: «Поехав домой летом, я прочитал отцовского «Кобзаря» и в 13 лет сделался тем, чем я есть. Я как-то сразу и без колебаний порвал со всеми московско — патриотическими тенденциями шовинистического цвета (а именно к этому я благосклонным был), и Тарас сделался мне и до этого дня остается пророком. Я не шутя говорю, что и до сих пор я не могу думать о нем как о человеке, — он и до сих пор стоит перед мной на таком высоком пьедестале, который затрагивает головой небо». Не удивительно, что галычане также попали под влияние его произведений.

Русофобия, которая затем стала визитной карточкой галычан-униатов, была польского происхождения из Правобережья и привносилась в Галычину дважды. Впервые галычане ее получили через произведения Шевченко, и она оказала большое влияние на ограниченных клерикальных интеллигентов Галычины. Его стихи с русофобским душком и «дегтем», как нельзя кстати пришлись галычанам — народовцам. В то время они под давлением австрийцев становились альтернативным течением русофилам, но еще не имели своей твердой идеологической платформы и доказательств того, что их сельский говор есть отдельный от русского язык. Но стихи Шевченко, как образец новой литературы на сельском говоре с ненавистью к «москалям», можно было безнаказанно печатать в журнале «Мэта», при содействии поляков и австрийцев. К тому же они служили для местных народовцев доказательством того, что на сельском польском суржике можно писать и стихи.

Галычанские крестьяне-русины, которые только-только освобождались от пятисотлетнего польского гнета, не имели своей истории, литературного языка, городской культуры, которую можно было противопоставить польской культуре. Австрийцы и поляки оказывали всевозможное давление на униатскую клерикальную интеллигенцию, чтобы они не считати себя единым с русским народом России. Наиболее комформистская часть из них, «народовцы», нашли выход в использовании украинской польской культуры и языка Правобережья. В произведениях Шевченко они увидели доказательства возможности писать на новом наречии, и брали их за образец. Его произведения они взяли за основу для создания нового литературного языка. Народовцы составили почву для дальнейшей антирусской работы, прибывших в Галычину польских шовинистов — хлопоманов.

Иван Франко писал: «Толчком к новому украинофильскому движению среди галицко — русской молодежи послужило прежде всего ее ознакомление с поэзией Шевченка и с другими представителями украинской литературы. Изданные в 1859 г. в Лейпциге некоторые нецензурные стихотворения Шевченка впервые проникли в Галицию и поразили молодежь как что-то совсем новое и неслыханное. В 1860 г. появилось в Петербурге новое, более полное издание «Кобзаря», и для галицко-русской молодежи открылся новый мир. В этом мире она прежде всего увидела Украину, с ее степями, казачеством и «волей»! До сих пор она смотрела на все это глазами «Тараса Бульбы» и польских романтиков, особенно Михала Чайковского, увлекаясь пышными картинами, но нечувствуя при этом ничего. Начинается усиленное подражание украинщине, вначале в костюме и манерах, потом, под влиянием антагонизма к полякам, все более глубокое; вырабатывается взгляд на необходимость пользоваться в литературе только народным языком».

Примером такого влияния может послужить поэма «Гайдамаки», в которой Шевченко с любовью описал зверства гайдамаков. Она стала в дальнейшем настоящей инструкцией для оуновцев и бандеровцев. Можно понять гайдамаков-крестьян того времени, которые мстили полякам за свое вековое угнетение, но только с сожалением к этому историческому факту тех жестоких времен. У «демократа» — Шевченко они описаны как настоящие садисты, который убивают детей, вершат геноцид, но «народный» поэт утверждает, что:

«В общем, на славу

… погуляли гайдамаки,
Добре погуляли…»

и «слава их осталась», и его сердце улыбается: «Сумно, страшно, а згадаєш — Серце усміхнеться». Кого можно воспитывать с таким отношением к тем событиям и такими стихами? Кого можно подготовить к жизни, гуманиста или бандита с «ножем у халяви», который режет детей, инвалидов, женщин и стариков, и от таких воспоминаний автору становится легче на сердце?

Як смерть люта, не вважають
На літа, на вроду;
Шляхтяночки й жидівочки.
Тече кров у воду.
Ні каліка, ані старий,
Ні мала дитина
Не остались, — не вблагали
Лихої години.
Всі полягли, всі покотом;
А школярів у криниці
Живих поховали.
До самої ночі ляхів мордували
Душі не осталось…
В общем, на славу
… погуляли гайдамаки,
Добре погуляли:
Трохи не рік шляхетською
Кров’ю напували
Розійшлися гайдамаки,
Куди який знає:
Хто до дому, хто в діброву,
З ножем у халяві,
Жидів кінчать. Така й досі
Осталася слава.
Сумно, страшно, а згадаєш —
Серце усміхнеться.

О поэме «Гайдамаки» П. О. Кулиш так высказался в письме к Шевченко от 25 июля 1846 г.: «это торжество мясников, а драма Ваша — кровавая бойня, от которой поневоле отворачиваешься». (Листи до Тараса Шевченка. — С. 42)

Не удивительно, что почитатели Тараса Шевченко «мясники» ОУНовцы и УПАшники по инструкциям из «Гайдамаков», освящали ножи и устроили в 1943 г. Волынскую резню, повторяя в точности все, одобренные им зверства. А многие колодцы на Волыни до сих пор остались могилами погибших от рук бандитов из УПА местных жителей: «А школярів у криниці / Живих поховали». Все помнят колодцы-могилы Дермани, воспетые поэтом Павлычком.

Но те же оуновцы и не подозревали, что эта легенда об освящении ножей польского происхождения. В романе польского писателя графа М. Чайковского «Вернигора», которого хорошо знал Шевченко, об этом было специальное примечание: «Известно всей Украине, что императрица России прислала в дар крестьянам ножи, которые велела освятить попам греко-российского вероисповедании; эти ножи был освящены в день святого Маковея в монастыре св. Мотри, расположенном в лесах за версту от Чигирина. Их развозили по селам и раздавали крестьянам, которым при исповеди попы приказывали резать ляхов и жидов; многие из этих попов были подкуплены московским золотом, остальные — ослепленные религиозным фанатизмом и раздражены против шляхты памятью о давних преследованиях Украины». (Czajkowski M. Wernyhora. — 5. 259). Но в исполнении Шевченко польской версии событий, эта легенда приобрела значение исторического факта, который до сих пор используют современные укронационалисты.
Рудницкий Б. А.

    http://sobolev-sv.livejournal.com/413642.html

       5. Тарас Таращанский, или Без царя в голове.   

     Первые семнадцать лет моей жизни прошли, можно сказать, под знаком Кобзаря. Я появился на свет божий в небольшом украинском городке, в ста пятнадцати километрах от Киева. В роддоме, расположенном на центральной улице, носящей имя великого украинского поэта, художника, этнографа, «народного самородка».
    На этой же улице, в одном из частных домов, — он не сохранился — родители некоторое время снимали комнату. Чуть позже нашей семье выделили квартиру в новом доме, почти на самом углу улиц Розы Люксембург и Шевченко. Школа, в которую меня отвели первоклашкой, — Таращанская средняя школа №1, в которой провел все десять лет в классе «А», — тоже находится на улице Шевченко.
     В начале семидесятых, когда закончили строительство новой школы с спортзалом, столовой и мастерскими — трехэтажное, светлое, с большими окнами здание примыкает к старому строению, составляя с ним один комплекс — старшие классы перевели на кабинетную систему. Нашему классу «А» выделили кабинет украинского языка и литературы. «Классным», соответственно, стал преподаватель мовы и укр. литературы Олексій Філімонович П. На стенах кабинета были развешаны портреты украинских классиков. На самом видном месте, естественно,  портрет нашего «украинского все», нашего гениального поэта и художника.
      По меньшей мере, три года просидел под его тяжелым взглядом.
T.Shevchenko
А щоб вас трясця взяла, бісові діти! Навіщо зібралися купою? Чому байдикуєте, чому на панщину не йдете?! А ти, довгий парубок!.. Який сидить на задній парті — до тебе звертаюсь! Ох, відчуваю, що ти прихований москаль!..

     Человек, на улице имени которого — мама, папа, спасибо за жизнь — ваш покорный слуга издал первые протестующие и вопросительные звуки, сам родился тоже неподалеку, хотя и несколько раньше. Мы с Тарасом Григорьевичем, можно сказать, земляки — Таращанский уезд соседствовал с Звенигородским. Нынешние дороги не чета тем, по которым некогда, где в рыдване или бричке, где в телеге, а когда и на своих двоих передвигался будущий украинский celebrity. От моей малой родины до малой родины Кобзаря всего полсотни километров, по шоссе на Лысянку и Звенигородку каких минут сорок езды. Но это так, к слову.
       До переворота 1917-го года центральная улица в ту пору уездного города называлась — Дворянской. На переименованной украинскими коммунистами б. Дворянской и по сей день немало домов начала и середины XIX века. Но с кем бы из земляков я ни разговаривал об историческом прошлом нашего небольшого городка, — за исключением, опять же, единиц — никто ничего не знает, и знать не хочет. Люди живут как на ярмарке, одним днем (не в обиду будь сказано). Собственно, даже в путеводителях, или в отзывах, где упоминается Тараща, можно уже прочесть нелицеприятные строки о куцей исторической памяти, об этом своеобразном местечковом «манкуртизме».
Сооружения ансамбля присутственных мест были построены 1817 году. Памятники архитектуры местного значения. Официально в этот ансамбль, кроме самих присутственных мест и тюрьмы, входят флигели: земской управы, земского суда и казначейства. Но ни одна из построек ансамбля (как и абсолютно все памятки Таращи) не обозначена табличкой. Поэтому определить, где что, практически невозможно — местное население ничего не знает, а музей почти всегда закрыт.
    И еще из той же серии:
    «Следующая остановка — город Тараща. Райцентр на реке Котлуй и настоящий резерват провинциализма, и не потому, что так сказал Тарас Шевченко.., (выделено мною — sobolev_sv) а потому, что большинство жителей Таращи живет будто одним днем — ну не интересует их история родного города. Какие там памятки. Тут бы на базар сходить. А достопримечательностей в городке, который с 1801 года был уездным центром, довольно много. Оригинальных и редких для Киевщины» (Путеводитель: «Дванадцять маршрутів Київщиною». — К.: Грані-Т, 2008).
    Вряд ли я смогу поправить положение с исторической памятью земляков (да и не ставлю такую задачу). И так наговорил достаточно, чтобы меня удостоили звания «позор нашей школы». А то и всего нашего славного городка. Дам лишь некоторые — фрагментарные — сведения. Чтобы читателям блога, тем терпеливым и любознательным друзьям, кого заинтересуют мои субъективные заметки по «украинскому вопросу», был понятен ландшафт и направление протекающих процессов — на примере именно этого маленького украинского городка.
   На нынешней улице Шевченко (бывшей Дворянской), неподалеку от костела — снимок помещаю ниже  — расположен архитектурный ансамбль служебных присутственных мест. Построен в течение 1803-1817 годов по проекту выдающегося русского архитектора, одного из основателей русского ампира, профессора Петербургской Академии художеств Адриана Захарова. В ансамбль входят флигели казначейства, земского суда и земской управы.
   То есть, в девятнадцатом и в начале двадцатого века Тараща была уездным имперским городом со всеми атрибутами; в канун Октябрьского переворота это был 15-тысячный город, центр которого спланировали и выстроили по вполне европейскому плану, с участием архитекторов такого уровня, как вышеупомянутый Андриан Захаров.
    Во второй половине девятнадцатого века в центре городе на улице Дворянской возвели каменную школу.

Таращанская районная гимназия «Эрудит» (бывшая Таращанская средняя школа №1″). Помещение строилось в три этапа.
Левая сторона построена в 1869 году. Правая сторона строилась нацистами в 1942-43. Корпус новой школы и спортивный зал в 70-х годах.

    Новая каменная школа числилась по разряду «образцовых» в Киевской губернии. В первые годы она была двухклассной. Обучение велось на русском языке, и частично — на старославянском. Популярность школы была такова, что в семидесятых годах девятнадцатого века еврейская община Таращи — образовывавшая детишек в ешивах — написала челобитную в высокие инстанции. Оцените стиль изложения и логику обращавшихся с прошением.
«Обращаясь исключительно среди русско-христианского населения, мы, как русские подданные одного с ними Отечества, желаем окончательно слиться с сими последними. Такое слияние может осуществиться только тогда, когда евреи с самого своего детства, почти с молоком своей матери всасывали бы в себя русский язык, русские нравы и русские обычаи. Сознавая всю важность этого вопроса и желая подготовить наших детей быть полезными гражданами нашего государства и достойными сынами нашего возлюбленного Отечества, мы желаем добыть нашим детям воспитание совершенно в русском духе, так как мы убеждены, что тот, кто живет в России, должен быть русским.
Школа в этом случае может быть самым лучшим воспитателем наших детей — только школа, общая для русских и евреев. Только близкое знакомство их детей друг с другом может уничтожить в них всякое различие народности.
Открытие в Тараще двухклассного училища впервые дало нам возможность доставить нашим детям такое воспитание. Мы убедились, что дети наши, даже окончившие курс нашего казенного еврейского училища, не способны, строго говоря, поступить в первый класс двухклассного Таращанского училища и должны оставаться в приготовительном классе, где 60-70 учеников имеют одного учителя, которому трудно (если не невозможно) исполнять свои обязанности.
Дать ему помощника — вот наше искреннее желание. Для этой цели мы намерены хлопотать у подлежащего начальства об отпуске из специальных еврейских сумм денег на содержание ещё одного учителя при приготовительном классе. Потому покорнейше просим уведомить — не будет ли препятствий со стороны училищного начальства к исполнению нашего намерения».


    Власти — и уездные, и школьные — пошли навстречу еврейской общине, чья численность в ту пору составляла если не половину всего населения уездного города. За 500 тогдашних руб. в год открыли новый класс и учредили вакансию учителя.
    Вот такие телеграммы слали инспектора народных школ своему начальству в 1899 г.:
«Штатный смотритель Таращанского двухклассного городского училища сообщил мне, что господин Киевский губернатор 11 сего сентября в 6 часов утра инкогнито осматривал здание Таращанского двухклассного городского училища».
65
     Клятые москальские чиновники и попы измывались над таращанской ребятней. Приучали детвору мыть руки перед едой и научали грамоте.

   В 1917-м случилось сами знаете что. На сайте моей родной школы (http://erudite.at.ua/) — в разделе «историческая справка» — стоит прямая ссылка на  сделанный по заказу «державной влады» ролик. Желающие могут узнать «всю правду» про освободительную борьбу УНР в 1917-1921 г.г.
http://www.youtube.com/watch?v=ZLMPQ66Difc&feature=youtu.be
    Про еврейские погромы, про события, получившие название «Таращанское восстание», в нынешних украинских учебниках истории если и говорится, то скупо, глухо и неправду. Украинизаторы первый делом взорвали или разобрали четыре православных храма в Тараще и окрестностях. Город и уезд залили кровью. Центральную улицу города переименовали: кончились ваши «дворяне», теперь все мы грузины «украинцы». Школу в 20-х годах отмыли от крови и передали обратно в систему нарообразования, но преподавание теперь — и на протяжении всего дальнейшего времени велось на кулишовке украинском. В городе уцелел только один храм… польский костел.

rimsko-katolicheskij-kostel
Костел построен в 1890 году на Дворянской улице (нынешней Шевченко), он являлся настоящим украшением города. Изображения сооружения активно продавались на дореволюционных открытках, олицетворяя в себе своеобразный символ города. Тяжелая судьба постигла храм в революционный период: ксендз убежал за границу, орган разбили и повыбивали витражи.
   В годы советской власти — до войны — украинизаторы планировали открыть там макаронную фабрику. Так и вижу табличку на стене костела: «Макаронная фабрика имени Т.Г. Шевченко»…
   Но началась война, и этим планам самостийников не суждено было сбыться. Вынуждены были вспомнить и про патриотизм, и про Суворова с Невским (а также Богдана Хмельницкого). Немцы, кстати, не тронули костел. К зданию школы они достроили правое крыло, в этом строении тогда располагалась оккупационная администрация, там же функционировало гестапо. «Евроинтеграторы» обнесли часть территории школы каменной стеной. Я прекрасно помню вполне различаемое изображение имперского орла — оно было на стене у правого торца школьного здания. «Орла» постоянно замазывали чем-то строительно-штукатурным, но хищная немецкая птица после дождей проступала сквозь эту «косметику». «Сделано людьми». И только в семидесятых стену с германским орлом наконец разобрали.


    Вернусь ненадолго в семидесятые годы, в пору своего школьного детства. Класс у нас был крепкий, пожалуй даже, особенный — как-то так сложилось. Ни до, ни после нашего выпуска не было такого, чтобы в один год в одном классе выпускались четыре золотых медалиста (а фактически — пять, одной девочке скостили балл в последний момент). Это в провинциальном-то городке. Еще раз напомню: школа с украинским языком обучения, все предметы, кроме русского языка — с четвертого класса — и русской литературы преподавались на мове. И вот я что-то не припомню, чтобы в разговорах с одноклассниками или ровесниками хоть когда-то всплывала тема Кобзаря. В старших классах говорили о многом, о разном. Читали, чтобы систематически, кроме школьной программы, единицы, но мне на эти «единицы» повезло. В подобравшемся узком кругу говорили, например, о высылке Солженицина (не вот, чтобы постоянно, и не так чтобы мы только этим и жилы, но тема всплывала). И взгляды были разные, в частности, на высылку того же Солженицина, от «правильно, что выслали!», до «человек правду про лагеря писал!..» Про Сергея Есенина говорили, хорошо помню эти разговоры. В том числе и о том, что Есенин «не сам повесился». Такие же разговоры ходили про Маяковского — и его странном «самоубийстве». Про Высоцкого, Галича… Да много о ком и о чем разговоры разговаривали. О Шевченко Тарасе Григорьевиче, — повторюсь — равно как о других «украинских классиках», вроде Григория Сковороды, Ивана Франко, Леси Украинки или Коцюбинского никаких разговоров «поза шкiльною програмою» не припоминаю. Обсуждали, если брать 9-й или 10-й класс, те книги и тех авторов, что были на слуху в семидесятых годах; обсуждали и кое-что из русской классики (хотя не все, конечно, не Достоевского — точно). Но не «Хiба ревуть воли, як ясла повнi» Панаса Мирного. И не «Сад божественных песен», надиктованных «призраком Григория Савича в 1805 году», т.е. через 11 лет после смерти реального Сковороды. Общались между собой в основном на украинском, но в старших классах, особенно. за пределами школы — все чаще и все больше — на русском. Человеческий мозг устроен почище всякой компьютерной программы — вещица много сложнее. Поэтому у многих в 16-17 годам происходила автонастройка — с плохой «битой» версии укросуржика кто-то постепенно, кто-то резко, как я, переходили на русский язык. Мне это было сделать просто, поскольку семья двуязычная, и русский я слышал наряду с украинским с первых дней жизни. Другим было сложнее, но и среди тех, кто родился «щирым» украинцем, знаю немало таких, кто перешел с суржика на русский. Я не говорю о тех, кто уехал учиться в Москву или в Питер, речь о ребятах и девушках, получавших образование на Украине, учившихся в вузах Киева, Харькова или Одессы. Более того, на русском было говорить круто. Русский в твоем багаже означал, что ты вырвался — или вот-вот вырвешься — из узкого тесного мещанского мирка, что пред тобой открылись новые горизонты. На той же центральной улице Шевченко в моем маленьком городке, — по выходным, вечерами, на местном «Бродвее» начиналась «движуха» — ох как часто уже звучала русская речь. Вот эта волна своеобразного русского языкового ренессанса, по моим собственным ощущениям, продлилась лет двадцать — все 70-е и 80-е годы. А потом наступила «катастройка».

    Моя малая родина была прославлена еще полтора столетия назад «великим сыном» Украины, человеком, в чью честь названа центральная улица нынешнего райцентра Киевской области. Цитата непременно последует, но в свое время.
    С наступлением независимости городок некоторое время жил бедной провинциальной жизнью, центром которой был базар. Столь часто упоминаемая мною улица Шевченко в 90-х даже в выходные, даже в праздничные дни оставалась пустынной — как будто в город опять вернулись немцы, как будто все жители попрятались в своих подвалах и погребах.
    В двухтысячном году Тараща прогремела на весь мир: в лесу возле райцентра

было найдено печально знаменитое тело без головы. Позже на этом месте поставили памятный крест,

который теперь являет собой одну из двух главных достопримечательностей моей малой родины.
   Голову несчастного журналиста так и не нашли. Чье тело именуют «таращанским трупом» тоже… гм, не до конца разобрались.

   Но с той поры украинский политпаноптикум так и мечется в поисках утерянной головы — то ли Гонгадзе, то ли собственной.

    Далее щадяще; разрыв шаблона — но в четверть силы. За 22 года нэзалежности многое изменилось в сравнении не с самыми простыми советскими временами. И не в лучшую сторону.
   Школа, впрочем, на месте, там учится будущее поколение. По новым учебникам, под жовто-блакытным стягом и со своими новыми гербами.

Изображение с официального сайта Таращанской районной гимназии «Эрудит» (бывшая Тар-я СШ №1).
http://erudite.at.ua/ Вперед — в Евросоюз!..

    Кстати, Таращанская районная рада, как и положено, бежит в Евросоюз впереди всей местной громады.
Ми глибоко переконані, що лише європейський вибір народу нашої країни та прагнення долучитися до європейських цінностей та свобод може стати основою для майбутнього розвитку України.
 Зацените, дорогой читатель. Люди не могут в своем собственном городе таблички к историческим памятникам прикрепить, да убраться немного, но рвутся, с полуопущенными штанами, в «Европы». Туда, где историческую память как раз чтут. И где хорошо знают, кто такие Мазепа, Петлюра, Бандера и Шухевич, и как надо поступать с аборигенами, напялившими на себя вместо удобной в обиходе современной одежды вышиванки и шаровары. Так примут в дружные европейские объятия, так обслужат, что над «украинцами» будут смеяться даже аборигены Австралии и уцелевшие индейцы из резерваций.
    Помимо улицы Шевченко в центральной части города расположены улицы: Ленина — пересекает ул. Шевченко, Советская (Радяньска) — параллельная, Карла Либкнехта — параллельно-скошенная, Богдана Хмельницкого — параллельная, Розы Люксембург — пересекается. Представьте, что у людей в головах. И это я еще не упомянуло Щорса, Буденного и Шухевича Котовского. Все это шизофреническое великолепие сразу за автостанцией упирается в улочку Ломаную, а на улочке той на месте высушенного болотца построили небольшую станцию для заправки газом. Далее, через лес, еще в советское время был проложен магистральный газопровод. Тот самый, из-за которого «самостийники» постоянно шныряют в Москву.

    Неудивительно, что людей клинит. И настолько клинит, что некоторые уже перестают понимать, кто они, откуда, в каком мире живут, какие смыслы транслируют, что хотят о себе поведать согражданам, землякам и гостям города.
    Историю с второй городской достопримечательностью, я приберег напоследок. Если вкратце, то суть вот в чем. Полтора столетия назад — или уже поболее — через наш милый городок проезжал сам великий Кобзарь. Он оставил свои воспоминания о нашем городке (слегка завуалировав себя, узнаваемого на все сто, в этих «путевых заметках»).
   Вот что написал Тарас Григорьевич о городе, чью главную улицу назовут его именем.

     Тараща — город! Не понимаю, зачем дали такое громкое название этой грязной жидовской слободе. Наверное можно сказать, что покойный Гоголь и мельком не видал сего нарочито грязного города, иначе его родной Миргород показался бы ему если не настоящим городом, то по крайней мере прекрасным селом. В Миргороде, хотя и не пышной растреллевской или тоновской византийской архитектуры, а все-таки есть беленькая каменная церковь. Хоть небольшое белое пятно на темной зелени, а оно делает свой приятный эффект в однообразном пейзаже. В Тараще и этого нет. Стоит на пригорке себе над тухлым болотом старая, темная деревянная церковь, так называемая козацкая, т. е. постройки времен козачества. Три осьмиугольных конических купола с пошатнувшимися черными железными крестами, и ничего больше. И все это так неуклюже, так грубо, печально, как печальна история ее неугомонных строителей. Едва-едва к вечеру дотащились мы до сего так называемого города. О дальнейшем следовании и думать было нечего.
     Шевченко Тарас, «Прогулянка з задоволенням і не без моралі», 1856.

    Благодарные таращанцы — власть и местная «интеллигенция» — бережно подняли этот плевок, завернули в носовой платок и поместили на видное место.
    Но даже назвать главную улицу города, о котором столь нелицеприятно высказался «Кобзарь», именем хулителя — показалось мало. Уже в годы нэзалежности некоторые соотечественники настолько ипанулись тронулись умом, что решили, что и одного изуродованного тела им тоже будет мало.
Больше двух лет жители районного центра Тараща собирали деньги на памятник Тарасу Шевченко, который останавливался здесь 160 лет назад. Впечатления от увиденного поэт изложил в своих заметках — «Путешествие с удовольствием и не без морали». Сегодня в Тараще был торжественно открыт памятник Кобзарю.
Место для памятника выбрано не случайно. В Тараще это самая высокая точка. Обелиск Шевченко будет виден практически со всей округи.


    На высоком холме в центре Таращи стоит городской дом культуры и памятник Тарасу Григорьевичу Шевченко.



    Тарас, тараща очи на Таращу и таращан:
    «Тараща — город! Не понимаю, зачем дали такое громкое название этой грязной жидовской слободе!..»

   Вот так и живут дорогие моему сердцу земляки: между «таращанским телом» без головы и «таращанской головой» без туловища, на улице Шевченко, упирающейся в Ломаный тупик.

http://sobolev-sv.livejournal.com/413830.html